Продолжение оды о Красной Скале

И вот он - десятый месяц года сверкает в небе...
Покинул я свой Снежный Павильон и собирался возвращаться
в Зал Журавлиной Топи. Два гостя вслед за мной брели
чрез Кручу Желтой Грязи.
Пала кругом ледяная роса, всюду деревья уже без листвы;
тени людей по мокрой земле тянулись в призрачном свете луны.
Глянешь вокруг - и щемит в душе. И песни в пути мы начали петь...

А потом я вздохнул и промолвил так:
"Хоть гости есть - да нету вина; а было б вино - так закуски нет!
Луна белеет и ветер чист... Ах, до чего же прекрасна ночь!.. А?..."
Но гость в ответ:
"А я ведь нынче, под вечер уже, закинул сети и рыбу добыл!
Огромна пасть и шкура тонка - по виду совсем окунище из речки Сунцзян... Но вот забота - где ж достать вина?..."
Тогда пошел спросить жену, а та в ответ:
"Есть, есть у меня мера вина, я давненько ее берегу. Вот ведь не чаяла, не гадала, что ныне потребность в ней приключится!.."
И тогда захватили с собой мы вино и готовую рыбу
и отправились вновь побродить беззаботно под Красной Скалою.

...Бежит Река и плещет вода, за тысячу саженей берег вдали.
Высятся горы. Луна кругла. Струит по камням и спадает волна...
О, эти горы, что вечно стоят над Цзяном-Рекою!
Сколько дней, сколько месяцев к вам я не приходил!..

Полы халата подоткнул и по утесам вверх полез...
Взбираюсь по скале на кряж, хватаюсь за монгольский мох;
сижу меж тигров и пантер, иду среди рогатых змей;
уже залез до самых гнезд, что свили горные орлы,
заглядываю с высоты в жилища духов водяных...
Сюда оба гостя совсем за мною следовать не смогли!

Взмахнул я рукою и засвистел - качнулись деревья и травы все;
взревело эхо из горных долин, и ветер на берег волны погнал...
И отчего-то
так уж мне горько стало и больно, так уж тоскливо и неприютно,
и грудь стеснилась, и жалость взяла,
что здесь навсегда остаться нельзя...

Вернулись назад мы и в лодку взошли, и выплыли на середину вод.
И там остановился челнок и замер. И весла сложили мы.
Вечер ушел, полночь пришла. Со всех сторон безмолвье и тишь.
И только летел одинокий журавль к восточному берегу из-за Реки.
Крылья громадней тележных колес, перья как смоль, а пух - словно снег,
будто поверх рубашки простой - черный наброшен изысканный плащ...
Курлыканьем долгим простор огласил,
прянул от лодки моей и на запад умчался опять.

...И той же ночью, проводя гостей, я видел
то ли во сне, то ль наяву - пришел ко мне даос-волшебник некий.
В своем плаще из перьев он кружил,
порхал в лазурных небесах далеких
и наконец на землю опустился,
ступил как раз пред Залом Журавлиной Топи
Степенно в приветствии руки сложил
и так мне сказал:
"Понравилось ли вам бродить у Красных Скал?"
Я удивился, стал спрашивать фамилию и прозвище его,
а он глаза потупил и ничего не отвечал.
"Ах, что же это? Я, наверно, знаю!
Ведь этою же ночью, так недавно
летя стремглав над лодочкой моей, зовя куда-то, -
не вы ль, наставник, это были?!.."
Он глянул на меня со смехом...

Я вздрогнул и очнулся - нет никого...
Пошел и двери распахнул, смотрел-смотрел сквозь темь,
но где он - было уж не разобрать.

Комментарии:

Цзян - Янцзы.

Снежный Павильон - беседка, построенная Су Ши в своем имении Дунпо в Хуанчжоу. Этот павильон строился в сильный снегопад, и на западной его стене была повешена картина с изображением снежного пейзажа, поэтому он и получил название "Снежный Павильон".

Зал Журавлиной Топи (Линь гао) - в буддийском монастыре Хойюань (Совершенной Добродетели) рядом с имением Су Ши, где поэт занимался медитацией.

Река Сунцзян (Сосновый Поток) - ныне протекает в городской черте Шанхая. В древности там водились окуни, прославленные за аппетитный вкус.

Тигры и пантеры - подразумеваются пестрые камни.

Рогатые змеи - подразумеваются изогнутые стволы и корни.